+7 (989) 516-75-06
Экспертная оценка детских товаров
Безопасно для детской психики
Прививает традиционные семейные ценности
Развивает творческий потенциал

Сербская баллада о любви

 

27 января сербы отмечали День памяти самого почитаемого в Сербии святого – святителя Саввы Сербского, основателя Сербской православной церкви и её первого архиепископа с 1219 года. 27 января 2021 года вышла в свет поэма «Сербская баллада о любви» - баллада о вере, надежде и любви сербского народа, пережившего, как и наш народ, ужасы Второй мировой войны. Апрель 41 года. Начало захвата Югославии - военная операция стран "оси" (Германии, Италии, Венгрии) и объявившей независимость Хорватии. Бомбардировка Белграда. В основе сюжета – судьба горячо любящих друг друга Бояна и Златы. В канун свадьбы влюбленных разлучает война.

 

 

Сербская баллада о любви*

*написана от лица младших братьев героя баллады

 

С братской любовью к сербскому народу, пережившему ужасы Второй Мировой войны

 

Об объятьях душ в любви священных, чистых,

Над бедой войною вырытых могил

Этой песнью о героях, наших присных,

Нам поведать Бог благословил.

 

Эта песнь о непокорной и любимой

Нашей светлой славной Сербии святой,

Чрез века доныне Господом хранимой,

Песнь о смертью в жизнь отправленных войной.

 

Песнь о Бояне1, о старшем нашем брате,

За народ родной свою пролившим кровь,

О невесте его верной – доброй Злате2,

Песнь о вере в бесконечную любовь.

 

Над Дунаем эхом древней ратной славы

Растревожена земная тишина.

Стон набатный над землёй святого Саввы3

В отчий дом стучится новая война.

 

А под клёнами у стен Калемегдана4,

Глядя тихо то в задымленную высь,

То в глаза друг другу, в вихре урагана,

В первый раз жених с невестой обнялись.

 

 

Добрый Боян, храбрых воинов потомок,

Как отец, и дед, и прадед – офицер.

В вере, в верности воспитанный с пелёнок,

Молодой, красивый, статный кавалер.

 

И прекрасная невеста молодая

Злата славная, с рожденья сирота,

Нравом – пламенная, сердцем – золотая,

А душой – как белоснежная фата.

 

Обнялись, ещё не веря в расставанье,

И не видя в кровью рдеющей заре

Знаки с неба о последнем их свиданье

На родной, огнём пылающей земле.

 

В страшный час, когда Белград враги крушили5,

И войны пожар горел уже кругом,

Свадьбу громкую сыграть они решили

После будущей победы над врагом.

 

Он, склонившись к ней, прощаясь на рассвете,

Прошептал, поцеловав её в чело:

«Сгинет зло. Сильней любви на этом свете

Нет и не было вовеки ничего!»

 

И Небесная невидимая сила

Под набаты, под сирен свирепый вой,

Обняла их пред разлукой, осветила,

Одарив навек любовью неземной.

 

И, сверкая солью слёз в волнах дунайских,

Принимая смертоносный чёрный град,

Долгим стоном древних стен калемегданских

Проводил на бой сынов своих Белград.

 

Наших присных, их геройских горьких судеб,

Отзвеневших под войны кровавый смех,

Пусть никто из нас вовек не позабудет. 

Не дай, Бог! Да не впадём в забвенья грех!

 

Помним… Пасху, первый май послевоенный,

Как встречали мы в кругу своих родных

Крестной Славы6 нашей Джурджевдан7 священный,

Внемля слову брата сверстников седых.

 

Те, кто рядом были с Бояном и Златой,

Кто в окопах, кто в концлагерных цепях,

Те, кто в споре яром с тьмою распроклятой

Не легли геройским пеплом на полях,

 

Нам о многом в отвоёванном Белграде

Рассказали со слезами на глазах,

Веря свято, что представили к награде

Злату с Бояном – посмертно – в Небесах.

 

Стоном Родины, немолкнувшим набатом,

Снова поднятый на битву в грозный час,

Безвозвратно, вслед за тлеющим закатом,

В сорок первом Боян так ушёл от нас…

 

Под снарядов гром, под вой шальной картечи

Взятый в плен, под тенью вражеских знамён,

Он контуженный, бессмертию на встречу

Тьмою скованный, в Дахау8 был свезён

 

Не дай Бог кому познать капкан неволи

В стане, демонами людям давшим власть

Обращать людские жизни в сгусток боли,

Отправляя в лютой смерти злую пасть!

 

По пути в тот стан враги с ухмылкой дерзкой,

Всё сорвав с него безжалостной рукой –

Крест нательный вместе с формой офицерской,

В грудь штыком давя, глумились: «Ты живой?»

 

В страшном стане том на «жертвенник науки»9,

Обустроенный в дахаусских стенах, 

Принесённые, приняв земные муки,

Вереницей шли одной дорогой – в прах.

 

Там, в Дахау, став одним из «пациентов»

Адской клиники садистов-кровопийц,

В бесконечной череде экспериментов

Он, истерзанный, не пал пред адом ниц.

 

В душу мрак не подпускал, не верил слухам

О разгроме Третьим Рейхом всех и вся.

Чуть живого, но не сломленного духом

В бой вела его последняя стезя.

 

В ночь на Видовдан10 навек с палатой-клеткой

Он, простившись, был в иной ведом удел.

В чёрном списке обозначенный пометкой:

«Отработан. Выжат. Выписан. Расстрел».

 

Он с молитвою, в числе себе подобных,

Грозным росчерком отправленных в утиль,

Для науки Рейха боле не пригодных,

Шёл на смерть, вдыхая лагерную гниль.

 

И в кровавом с головы до ног багрянце

В тире лагерном поставленный к стене,

Став мишенью для германских новобранцев,11

Прошептал он в предрасстрельной тишине:

 

«Вам не властвовать вовек над миром Божьим.

Ваши тёмные безумные мечты

Страхом в души к вам ворвутся чёрной дрожью.

Рейха дни земные, верьте, сочтены».

 

Он умолк, пронзённый болью, в вихре ветра

Чуя смерть свою, грядущую в дыму.

Вдруг лучом, на миг в души пробравшись недра,

Память сердца вновь напомнила ему,

 

Как Небесная невидимая сила

В день апрельский, под сирен свирепый вой,

Обняла его с любимой, осветила,

Одарив навек любовью неземной.

 

И душой увидев праведных на Небе

В славе Божией, в сиянии свечей,

Он своих теперь, беснующихся в гневе,

Аду подданных, не слышал палачей.

 

Боли новых ран от пуль, пронзивших тело,

Ноя прежних ран не чуя, он вдали

Видел жизнь свою, что птицею летела

От рожденья… до стены, до крика «Пли!»

 

Ухмыляясь над неметкими стрелками,

С чёрной бранью, на носилки палачи

Затолкав его ногами да штыками,

В дом огня снесли – к дахаусской печи.

 

Он лежал, вдыхая смерть, молчал, молился.

Палачей своих простив, под пламя гул,

Глядя кротко в Небеса, с землёй простился

И в бессмертие душой навек шагнул.

 

Так, свершив из тлена к Небу восхожденье,

Он нетленного сподобился венца.

Путь земной прошёл он Бояном с рожденья.

Божьим Бояном… до смерти… до конца.

 

Минет время, и застенчивая Злата,

Злато верности в душе своей храня,

В славный Баднидан12 уйдёт в лучах заката,

Прошептав нам: «Помолитесь за меня».

 

Как и Боян, зная твёрдо цену риска,

Всё решила для себя в суровый час.

Тьме навстречу, став разведчицей-радисткой,

Через год она навек ушла от нас.

 

В полночь, в Савиндан13, в последней шифрограмме,

Стуком сердца из-под логова врага,

Между точек и тире, простилась с нами,

Отстучав: «Цена победы велика!»

 

То набата долгий стон, то благовеста

Сердцем с Неба слыша с раннего утра,

В полдень в плен попала вдовая невеста,

Прошептав на Небо: «Вот, и мне пора.

 

Укрепи, дай силы, смертью смерть Поправший!»

И самой себе шепча: «Держись! Держись!» –

Доброй чести обменять не пожелавши

На постыдную привременную жизнь,

 

Приготовилась проститься с бренным телом,

Страха смертного не чувствуя уже.

Вдруг свечи огнём в ночи перед расстрелом

Вновь затеплилось на миг в её душе,

 

Как Небесная невидимая сила

В день апрельский, под сирен свирепый вой,

Обняла её с любимым, осветила,

Одарив навек любовью неземной.

 

И заплакав, поднимая к Небу очи,

Прошептала Злата кроткою душой:

«Я иду… иду в Твои объятья, Отче!

Ещё шаг, и я не буду сиротой.

 

Вся земля для верных – общая могила!

В пепел…

с Бояном…

единая судьба…»

На рассвете ей бессмертье вострубила

Равенсбрюка14 смерти чёрная труба.

 

Наших присных, их геройских страшных судеб,

Отзвеневших под войны кровавый смех,

Пусть никто из нас вовек не позабудет,

Не дай, Бог! Да не впадём в забвенья грех!

 

В нашей памяти живут они как прежде.

Наши присные… невеста и жених.

О любви их, вере, верности, надежде

Песнь допели мы, но слышите?.. Для них

 

Над Дунаем эхом новой ратной славы

Поминальным звоном всех колоколов

Вновь поёт соборный храм святого Саввы

Про нетленную священную любовь.                                     

 

26.01.2020 г. – 31.03.2021 г.

 

Сергей Красников

 

 

1Боян – воин (серб.)

2Злата – золотая (слав.)

3Святой Савва Сербский (1169 – 1236 гг.) – самый почитаемый святой в национальной истории сербов.

4Калемегдан – средневековая белокаменная крепость, важнейший исторический памятник, расположенный в старой части Белграда.

56 апреля 1941 года (в день Православной Пасхи) в 6 ч. 45 мин. в ходе вторжения стран «оси» в Югославию началась серия массированных авианалётов немецкой авиации на Белград.

6Крестная Слава – в сербской традиции празднование Дня святого покровителя семьи.

7Джурджевдан (серб.) – день памяти святого Георгия Победоносца (6 мая по н. ст.).

8Дахау – первый фашистский концентрационный лагерь на территории Германии. Начал действовать 22 марта 1933 г. (занимал территорию более 230 гектаров).

9В концлагере Дахау над узниками в течение 12 лет садистами-врачами проводились страшные медицинские эксперименты, целью которых было выявить возможности человеческого организма выживать в различных невыносимых искусственно создаваемых условиях, исследовать состояние человеческого организма под воздействием различных факторов окружающей среды.

10Видовдан (28 июня) – национальный праздник Сербии, а также день памяти и скорби – воспоминание великой Косовской Битвы (1839 г.), в ходе которой почти всё сербское войско под предводительством князя Лазаря пало на поле брани, отчаянно сражаясь с захватчиками, турками-османами, под командованием султана Мурада I. Превосходившая по численности турецкая армия, понеся чудовищные потери, после сражения отступила с поля боя и покинула Сербию. Это дало право историкам объявить сербов победителями.

11В концлагере Дахау узников, помимо прочего, использовали в качестве живых мишеней для эсесовцев-новобранцев.

12Баднидан – Рождественский сочельник.

13Савиндан (27 января по н.ст.) – день памяти святого Саввы Сербского. В русском церковном календаре его память 25 января по н. ст.

14Равенсбрюк – самый крупный и самый жестокий женский концентрационный лагерь Третьего рейха (существовал с мая 1939 г. до конца апреля 1945 г.). С 1942 года лагерь стал поставщиком женщин для системы борделей в концлагерях СС.

 

Система комментирования SigComments